OKBy continuing to use this website you agree with our use of cookies. We and our partners will collect data and use cookies for ad personalization and measurement. Learn how
<>
no matches found
Было ошибкой в 1990-е годы думать о том, что немощная Россия, которой противостоит расширяющаяся НАТО, такой же слабой и останется. Столь же глупо думать сейчас, что с уверенной в себе Россией, которая утверждает свои интересы в Восточной Европе и на Ближнем Востоке, невозможно прийти к продуктивному взаимодействию. Just as it was wrong to think in the 1990s that a feeble Russia, confronted by an expanded NATO, was apt to stay weak, so it is foolish to think now that a more confident Russia, bent on asserting its interests in Eastern Europe and the Middle East, is beyond the reaches of productive engagement.
Дух бодр, плоть же немощна. The spirit is willing, but the flesh is weak.
В Южной Африке миллионы сирот, родители которых умерли от СПИДа, живут со своими дедушками и бабушками, слишком старыми и немощными, чтобы выращивать еду или защитить их. Millions of AIDS orphans in Southern Africa live with grandparents too old and weak to produce food or to secure it.
за счет того, что измученное общество позволяет сегодняшним правителям иметь более широкий размах для политического маневра, период немощного государственного авторитета и слабого правительства уступает место усиленной власти государства. the period of feeble state authority and weak government is giving way to enhanced state power as an exhausted society allows today's rulers wider latitude for political maneuver.
Однако лучшим советом для Москвы послужило бы следующее изречение из Евангелия от Матфея, в котором речь идет о морских приключениях: «Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна» (26:41). But Moscow might be best advised to heed Matthew 26:41 where maritime adventures are concerned; “Watch and pray, that ye enter not into temptation: the spirit indeed is willing, but the flesh is weak.”
В России, революция 1990 гг. наконец вошла в фазу стабилизации: уже появилось широкое признание рынка и частной собственности; за счет того, что измученное общество позволяет сегодняшним правителям иметь более широкий размах для политического маневра, период немощного государственного авторитета и слабого правительства уступает место усиленной власти государства. In Russia, the Revolution of the 1990s has clearly entered its stabilization phase: there is broad acceptance of the market and private property; the period of feeble state authority and weak government is giving way to enhanced state power as an exhausted society allows today’s rulers wider latitude for political maneuver.
Российская армия сегодня это не та немощная и плохо финансируемая сила, какой ее помнят многие. Russia’s army today is not the incompetent, underfunded force many remember.
Еще совсем недавно мнение о российской армии было почти единодушным: это пустышка, бледная и немощная тень советских вооруженных сил. Within very recent memory, the near-universal consensus on Russia’s military was that it was a hollow, empty shell of its former Soviet might.

Advert

My translations